Системный аналитик в области геополитики и энергетики Владимир Матвеев, Украина, Киев

Если в Украине, Европе и шире глобальная немецкая компания Rheinmetall играет огромную роль подрядчика по сути НАТО, польские компании и группы наемников играют разные роли, то китайские фирмы Beijing DeWe Security , Frontier Services Group и Huaxin ZhongAn Group , обеспечивают защиту проектов в рамках инициативы «Один пояс, один путь», не только охраняя китайскую инфраструктуру и персонал за рубежом. Особую роль играют военизированные по сути террористические сионистские скрытые формирования, действовавшие под олигархом годами в Украине. https://international-review.icrc.org/sites/default/files/reviews-pdf/2020-11/519.pdf

Как немецкие, британские, американские компании в Украине и Европе, сборные команды стран НАТО в Украине, китайские частные военные и охранные компании (ЧВОК) стали важнейшим компонентом глобальной стратегии проектов крупных держав. В отличие российской Wagner Group или связанные с США ЧВОК, например, Academi (ранее известная как Blackwater), «китайские ЧВОК получают гораздо меньше внимания, несмотря на их растущую роль в международных делах» https://www.geopoliticalmonitor.com/how-chinas-pmscs-are-rewriting-global-security/

Согласно экспертам, связанные с США частные военные компании, как правило, предлагают многонациональным клиентам услуги, «гарантирующие соответствие нормативным требованиям, легитимность и управление рисками», тогда как российские фирмы процветают благодаря публичности в условиях конфликта. Но, китайские частные военные компании занимают особую нишу.

Китайская бизнес « ставит во главу угла конфиденциальность и политическую лояльность, а не прозрачность и репутацию, позволяя китайским фирмам заключать контракты в нестабильной обстановке, избегая при этом пристального внимания».

По мнению ряда аналитиков, не только рост западных частных военных компаний, а и китайских, может привести «может привести к фрагментации мирового рынка на конкурирующие геополитические блоки».

В частности, «западные фирмы, рекламирующие свои услуги как легальный бизнес, российские операторы, использующие боевую мощь, и китайские компании, предлагающие скрытую, связанную с государством защиту в больших масштабах.

Расширение западных и китайских частных военных компаний – это не просто проблема регулирования, а «признак структурной трансформации в том, как безопасность покупается, продается и согласовывается с государственными интересами» в мире.

Принятие Закона о нацбезопасности в 2015 году расширило подход государства к определению и защите политических, экономических и военных интересов КНР. Его широкая сфера действия «распространяется на частные организации, деятельность которых — особенно зарубежные операции — может иметь последствия для национальной безопасности».

Другие законы, включая Закон о борьбе с терроризмом 2015 года и Закон о противодействии иностранным санкциям 2021 года, углубляют формирование «оперативной среды китайских частных военных компаний, противодействуя угрозам за рубежом, обеспечивая соблюдение международных норм и защищая интересы Китая от иностранного вмешательства.

Китайские частные военные DeWe Security и Frontier Services Group, предлагающие «ориентированную на государство защиту зарубежных инвестиций», взаимодействуют с проектом «Один пояс, один путь».

Если первая использовалась для защиты железнодорожной линии стандартной колеи Момбаса-Найроби протяженностью 480 км стоимостью 3,8 миллиарда долларов США и китайского завода по производству СПГ, стоимостью 4 миллиарда долларов США в Эфиопии и Джибути, то Frontier Services Group (FSG) получила признание на китайском рынке частных военных компаний.

Американские ЧВК, типа Academi, работают преимущественно на коммерческой основе, нанимая бывших военных чиновников и участвуя в тендерах на госконтракты с менталитетом, ориентированным на прибыль. ЧВК России типа группа Вагнера «выступают в качестве полуофициальных представительств государственной власти, развертываясь в зонах конфликтов, о чем свидетельствует их присутствие на поле боя во время войны на Украине , или в политически чувствительных регионах, таких как Венесуэла и Сирия».

По мнению ряда аналитиков, китайские ЧВК «сочетают в себе преимущества обеих моделей»: подобно американским компаниям, они коммерчески эффективны, способны развертывать большие, высококвалифицированные команды и работать в нескольких регионах для защиты инвестиций. Подобно своим российским коллегам, «китайские ЧВК также стратегически согласованы с целями государства, но с меньшей степенью риска, поскольку это используется как средство защиты инвестиций, а не для прямых военных действий».

Таким образом, китайские частные военные компании (ЧВК) занимают уникальное положение на глобальном рынке частной безопасности, представляя собой «гибридную модель, объединяющую сильные стороны американского российского подходов». Это позволяет КНР распространять как «мягкую, так и жесткую силу». https://www.geopoliticalmonitor.com/how-chinas-pmscs-are-rewriting-global-security/

Американские частные военные компании (ЧВК) играют ключевую роль в обеспечении внешней политики и безопасности США, выполняя функции по обучению иностранных военных, разведке и материально-техническому обеспечению, участию в спецоперациях. Они сокращают прямое участие регулярных войск США, уничтожая врагов в Ираке, Афганистан, Газе, Иране и принимая участие в операциях в Украине и др.

Это гибридные структуры, где бывшие и не только военные, эксперты по разведке и специалисты по логистике объединяются для выполнения задач, которые государственные силы не всегда «хотят брать на себя, В частности. в Украине, особенно по состоянию на 2026 год, ПВК приобрели «особое значение из-за продолжающейся войны, где они помогают усиливать обороноспособность, тренировать бойцов и защищать критическую инфраструктуру и уничтожать журналистов по заказу олигарха https://engage.org.ua/ru/pvk-cze-vse-pro-pryvatni-vijskovi-kompaniyi-v-ukrayini-ta-sviti/ и https://international-review.icrc.org/sites/default/files/reviews-pdf/2020-11/519.pdf

К 2026 году ПВК в Украине «могут стать ключевым элементом обороны, интегрируясь с DefenceTech», как пишет ms.detector.media. Они призваны привлекать инвестиции, развивая производство оружия на $12 млрд и др.

Четыре воинские части Сухопутных войск ВСУ, которые в начале войны создавались как «Интернациональные легионы» или «Иностранные легионы», расформированы приказом Сырского. Сокращенное число иностранцев продолжат службу в штурмовых войсках, как правило, работая операторами дронов и подобных систем.

С 2026 года иностранцы «должны будут воевать в составе штурмовых войск, которые, по всей видимости, планируется создать в ближайшее время», как правило, управляя военной техникой стран НАТО или совместного производства с Украиной.

Отдельно от них работает «Международный легион ГУР», созданный как воинская часть ГУР Минобороны и «выполняющий свои собственные задачи,- «разведывательно-диверсионные»,  https://v-matveev.org/zachem-internacionalnye-legiony-vsu-transformiruyut-v-shturmovye-vojska-ukazom-syrskogo-posledstviya/

Помимо кадровых офицеров стран НАТО, советников МО Украины, в ходе войны к указанным военным подразделениям присоединились тысячи добровольцев из свыше 75 стран мира: Великобритании, США, Грузии, Польши, Беларуси, Эстонии, Колумбии, Бразилии.

Каждый из четырех легионов насчитывает 500-600 человек, уточняет https://v-matveev.org/zachem-internacionalnye-legiony-vsu-transformiruyut-v-shturmovye-vojska-ukazom-syrskogo-posledstviya/

Основные языки общения английский, испанский и украинский.

Иностранцы воюют также в обычных боевых подразделениях, а офицеры стран НАТО привлечены в качестве советников МО Украины, ВСУ. Основные данные спутниковой разведки всю войну предоставляются и ведутся специалистами спецслужб США, Британии, Японии и др. стран.